Меню Рубрики

Кто изобрел первую вакцину от бешенства

К началу 1870-х Луи Пастер уже совершил львиную долю своих медицинских открытий. За прошедшие 30 лет он внес значительный вклад в открытие микробной теории своими работами в области ферментации, пастеризации, спасения шелкопрядильной промышленности и окончательного развенчания теории самопроизвольного зарождения жизни.

К началу 1870-х Луи Пастер уже совершил львиную долю своих медицинских открытий. За прошедшие 30 лет он внес значительный вклад в открытие микробной теории своими работами в области ферментации, пастеризации, спасения шелкопрядильной промышленности и окончательного развенчания теории самопроизвольного зарождения жизни.

Но в конце 1870-х Пастера ждало еще одно эпохальное открытие, поводом к которому послужил на этот раз довольно зловещий подарок: куриная голова. Нет, это была не угроза и не жестокая шутка. Курица умерла от птичьей холеры — серьезного инфекционного заболевания, разгул которого уничтожал до 90% куриного поголовья в стране.

Ветеринар, приславший Пастеру куриную голову, полагал, что болезнь вызвана специфическим микробом. Вскоре ученый подтвердил его теорию: взяв образец с мертвой куриной головы, он вырастил в лаборатории аналогичную микробную культуру и ввел ее здоровым курицам. Те вскоре умерли от птичьей холеры. Это послужило еще одним подтверждением состоятельности микробной теории, но выращенная Пастером болезнетворная культура вскоре сыграла в истории намного более важную роль. В этом ей помогли рассеянность ученого и счастливая случайность.

Летом 1879 г. Пастер отправился в долгую поездку, совершенно забыв об оставленной в открытой пробирке в лаборатории культуре птичьей холеры. Вернувшись из поездки, он ввел эту культуру нескольким курицам и обнаружил, что вирус во многом утратил свои смертоносные свойства: птицы, которым ввели ослабленные, или аттенуированные, бактерии, заболели, но не умерли.

Однако вслед за этим Пастера ждало еще более важное открытие. Он подождал, когда курицы оправятся от болезни, ввел им смертельные бактерии птичьей холеры и обнаружил, что теперь они совершенно невосприимчивы к заболеванию.

Пастер немедленно осознал, что открыл новый способ изготовления вакцин: введение ослабленных бактерий наделяло организм способностью сражаться и с активными смертельными формами.

Обсуждая это открытие в 1881 г. в своей статье, напечатанной в журнале The British Medical Journal, Пастер писал:

«Мы затронули основной принцип вакцинации. Переболев вирусом в ослабленной форме, птицы затем не пострадали и после заражения вирулентным вирусом, и оказались надежно защищены от птичьей холеры».

Вдохновившись этим открытием, Пастер начал исследовать возможности применения нового подхода в изготовлении вакцин от других болезней. Его следующий успех был связан с сибирской язвой.

Это заболевание наносило серьезный урон сельскому хозяйству, унося жизни 10-20% поголовья овец. Ранее Роберт Кох уже доказал, что сибирскую язву вызывают бактерии. Пастер хотел выяснить, можно ли ослабить их, сделать безвредными, но так, чтобы они сохранили способность стимулировать защитные силы организма, в который будут введены в виде вакцины.

Он добился нужного результата, выращивая бактерии при повышенной температуре. Когда некоторые современники усомнились в его находках, Пастер решил доказать свою правоту, поставив весьма эффектный публичный эксперимент.

5 мая 1881 г. Пастер ввел 25 овцам свою вакцину — новый ослабленный вирус сибирской язвы. 17 мая он снова ввел им более вирулентный, но все еще ослабленный вирус. Наконец, 31 мая он ввел смертоносные бактерии сибирской язвы 25 привитым овцам и еще 25 непривитым. Через два дня толпа зрителей, среди которых были члены парламента, ученые и репортеры, собралась посмотреть, чем закончится эксперимент. Итог говорил сам за себя: из привитой группы умерла лишь одна беременная овца, из непривитой же 23 умерли и две были близки к смерти.

Но, возможно, самым знаменитым достижением Пастера в этой области стало открытие антирабической вакцины (против бешенства) — первой его вакцины, предназначенной для человека. В то время бешенство было страшной болезнью и неизменно заканчивалось смертью.

Причиной заболевания обычно становился укус бешеной собаки, а методы лечения были один другого ужаснее: больному в рану предлагали ввести длинную раскаленную иглу или посыпать место укуса порохом и поджечь. Никто не знал, что именно вызывает бешенство: болезнетворный вирус был слишком мал для тогдашних микроскопов, и его нельзя было вырастить в виде отдельной культуры.

Но Пастер все же был убежден, что болезнь возбуждает какой-то микроорганизм, поражающий центральную нервную систему. Чтобы создать вакцину, Пастер культивировал неизвестного возбудителя в мозге кролика, ослабил его, высушив фрагменты ткани, и использовал их для изготовления вакцины.

Первоначально Пастер не собирался испытывать экспериментальную вакцину на человеке, однако 6 июля 1885 г. ему пришлось изменить свое решение. В тот день к нему доставили девятилетнего Джозефа Мейстера со следами 14 укусов бешеной собаки на теле. Мать мальчика умоляла Пастера о помощи, и, сдавшись под ее напором, тот согласился ввести ребенку новую вакцину. Курс лечения (13 инъекций за 10 дней) оказался успешным, мальчик выжил.

После этого, хотя введение смертельного агента человеку и вызвало в обществе протесты, в течение 15 месяцев прививку от бешенства получили еще 1500 человек.

Итак, всего за восемь лет Луи Пастер не только совершил первый крупный прорыв в истории вакцинации со времен Дженнера, открыв способы аттенуации вирусов, но и создал эффективную вакцину против птичьей холеры, сибирской язвы и бешенства.

Однако в его передовой работе скрывался еще один неожиданный поворот: дело было не только в снижении вирулентности вирусов.

Как позже понял Пастер, вирусы, из которых состояла его антирабическая вакцина, были не просто ослабленными, а погибшими.

Именно в этом заключалось зерно следующего великого открытия.

источник

С 6 по 16 июля 1885 года Луи Пастер провёл первый курс вакцинации человека. Прививки спасли искусанного бешеной собакой мальчика от верной смерти. Пастер нарочно избрал первой целью инфекцию, внушавшую мистический ужас: победа над бешенством показала, как можно справиться со страшной заразной болезнью, даже не зная её возбудителя.

Позднее Пастер говорил, что ставил свой эксперимент после тщательной подготовки и в глубокой тайне для того, чтобы «не скомпрометировать будущее». И всё же первая вакцинация стала неожиданностью для всех её участников.

4 июля 1885 года в эльзасской деревне Майсенготт взбесилась сторожевая собака. Около 8 часов утра она выскочила на улицу и набросилась на девятилетнего мальчика по имени Жозеф Мейстер, который шёл в школу. Сбила Мейстера с ног и нанесла ему 14 укушенных ран. В том числе опаснейших, в лицо — школьник растерялся и не подумал закрыть голову руками. Наконец, со стройки прибежал рабочий с железным ломом. Несколько сильных ударов побудили животное бросить свою жертву, всю в крови и слюне. Собака метнулась домой и вцепилась в руку собственного хозяина, бакалейщика Вонна. Тот сорвал со стены ружьё и застрелил собаку. В её желудке нашли сено, солому и опилки, что лишь подтверждало ужасный диагноз.

Окружной доктор дезинфицировал раны фенолом. Больше помочь было нечем, но врач сказал, будто Пастер в Париже научился лечить бешенство. Правда, пока только у собак. На следующий день Теодор Вонн и Жозеф Мейстер с матерью были в лаборатории Пастера, на улице Ульм в помещении Высшей нормальной школы.

Бакалейщика Луи Пастер успокоил, что хоть рука помята и собака изрядно ослюнила рукав, одежду она всё-таки не прокусила, так что бояться совершенно нечего. Вонн облегченно вздохнул и вечерним поездом укатил в Эльзас.

Состояние мальчика было куда хуже. Раны глубоки, в них совершенно точно проник вирус (этим словом, в смысле «яд», Пастер называл возбудитель; понятия о настоящих вирусах тогда ещё не имели). Когда настанет август, мальчику суждено умереть в муках, параличе и безумии, истекая слюной и страдая от жажды. Терять нечего. Не пора ли испытать вакцину, которая спасла не один десяток собак?

Уже осенью 1884 года Пастер был морально готов экспериментировать на людях. Просил у бразильского императора Педру II, который выказывал интерес к науке, разрешения привить бешенство преступникам, приговорённым к смерти. Несмотря на плохое самочувствие, Пастер был готов для этого лично приехать в Рио-де-Жанейро. Но он рассчитывал при удачном исходе отпустить преступника на волю, в чём императору мерещилось вмешательство в дела бразильского правосудия. Они не договорились.

Не мог Пастер договориться и со своим заместителем Эмилем Ру, единственным профессиональным врачом в лаборатории. Сам шеф, химик по образованию, боялся не то что медицинских манипуляций, но даже вивисекции. Когда В 1881 году только начиналась работа над вакциной и Ру делал собаке трепанацию черепа, чтобы привить ей материал больного бешенством, Пастер посочувствовал не Ру, а собаке: «Бедный зверь, теперь его наверняка парализует!» А то были смертельно опасные эксперименты. Ру, Шамберлан и Тюйе приходили в виварий с заряженным револьвером, и вовсе не для отстрела собак. Понимая, какие муки ждут того из них, кто будет укушен или при вскрытии порежется, исследователи условились пустить раненому пулю в голову и вложить револьвер в мёртвую руку для имитации самоубийства.

К счастью, ветеринар Пьер Гальтье (1846-1908) сообщил, что собачье бешенство удобно прививать кроликам. Бешеный кролик тих и подавлен, не то что собака. Его легко заразить, вколов ему в мозг взвесь мозга больного животного. Каждая такая инъекция делала вирус бешенства в мозгу нового кролика злее — как понимал Пастер, оттого, что вирусу нужно постараться, чтобы в столь малой дозе заразить здоровый организм. При пересадке в следующего кролика (это называется «пассаж») вирус «тренируется» и набирает форму, инкубационный период болезни сокращается. Такой яд при инъекции вызывал симптомы у собаки не за 3-4 недели, а (после 90 пассажей) всего за 7 суток. Это значило, что при соревновании между ядом бешеной уличной собаки и тренированным вирусом подопытного кролика первым доберется до мозга возбудитель, выращенный в лаборатории.

Общая идея Пастера и Ру состояла в том, чтобы подвялить мозг больного кролика: при сушке на воздухе вирус сохранял быстроту, теряя болезнетворность (вирулентность). Сушили каждый по-своему. Однажды Ру пришёл в лабораторию и увидел, что его колбы с кроличьим мозгом передвинуты. Оказалось, заходил Пастер и подносил сосуды к окну, рассматривая на свет. Узнав это, Ру молча надел шляпу и вышел на улицу, хлопнув дверью со всей силы. Больше он не притронулся к биоматериалам, имеющим отношение к бешенству, хотя прекрасно сотрудничал с Пастером по другим проблемам и управлял его институтом.

Поскольку Ру только что потерял любимую жену, погибшую от скоротечной чахотки, Пастер его простил. Да вот беда: вакцина готова, а колоть её мальчику Мейстеру некому.

На следующее утро, 6 июля 1885 года, Пастер должен был представлять в Академии наук реферат своего ассистента Кубасова о возможности инфицирования плода в матке больной женщины. На заседание пришли невролог Альфред Вюльпиан (1826-1887) и педиатр Жак-Жозеф Гранше (1843-1907). Пастер изложил им проблему, и повёл к себе. Гранше взялся лично делать инъекцию и ухаживать за больным, пока не минует опасность. В 8 вечера, через 60 часов после нападения собаки, Мейстер получил первый укол под ребро.

Вводили ему кроличий мозг, который вялился 15 суток. Такой материал не вызывал болезни даже у мышей, Пастер был спокоен. В отличие от пациента. Увидев шприц, ребёнок прыгнул на руки матери и зарыдал. Пастер не знал, как быть. Вюльпиан замолк. Гранше призвал весь свой опыт борьбы с детскими истериками, чтобы убедить Жозефа отдаться медицине. После укола мальчик заявил, конечно, что ему совсем не больно.

Пастер ублажал первого пациента как мог. Мальчику разрешили играть в виварии. Мейстер живо оценил прелести своего положения: 1) не надо ходить в школу и делать уроки, 2) целый день в его распоряжении кролики, куры и морские свинки. А главное, прелестные белые мыши. Новорождённых мышат мальчик носил на руках, дал всем имена и выхлопотал им помилование, то есть освобождение от опытов.

По ходу вакцинопрофилактики пациент делался всё резвее, а Пастер — всё грустней. Для наращивания иммунитета материал каждой новой инъекции должен быть вирулентнее предыдущего. Так, 9 июля ввели мозг, сохший 8 дней, 12-го — 5 дней. Это уже был опасный «вирус»: он гарантированно заражал подопытных животных. После 13 июля Пастер утратил аппетит и способность работать. Три дня его била лихорадка. Он с ужасом разглядывал красноватое пятнышко на коже вокруг места последней инъекции, которое пациент и не замечал. Накануне последней инъекции 16-го великий учёный не сомкнул глаз. Мейстера ждал контрольный укол необычайно вирулентным материалом однодневной сушки. Такой вирус за неделю убивал самую сильную собаку. (Любопытно, что сам Пастер не понимал сути вакцинации. Он думал, что его «тренированный вирус» угнетает дикие патогены, как плесень угнетает культуру бактерий в чашке Петри. Но живая вакцина работает иначе: к непатогенному вирусу вырабатываются антитела, так что при появлении опасного вируса иммунная система встречает его во всеоружии).

Читайте также:  Может ли передаваться бешенство от человека к человеку через поцелуй

Жозеф перенёс укол прекрасно. Теперь оставалось ждать. Пастер понимал, что не переживёт зрелища смерти Мейстера, и сбежал на «отдых» в сельскую местность, предоставив пациента заботам доктора Гранше. 3 августа совершенно здоровый мальчик отбыл домой.

После публикации протокола лечения Высшую нормальную школу осадили укушенные собаками. Бешенство оказалось не столь редким, как думали раньше. Похоже, врачам не слишком нравилось признавать своё бессилие, и смерти от бешенства часто списывали на другие патологии. Во всяком случае, за первый год работы Пастера только во Франции официальная заболеваемость по неведомой причине подскочила в пять раз.

Родоначальник вакцинации поиздержался — он изготавливал десятки тысяч доз на свои личные средства. Кабинет Пастера стал кабинетом Гранше, с важным видом делавшего инъекции, а сам Пастер превратился в медбрата, который вызывает следующего по очереди. Новые пациенты не верили, что полупарализованный крикливый старикашка и есть великий учёный, на которого теперь вся надежда.

1 марта 1886 года Пастер на заседании Академии наук сделал столь важное сообщение, что послушать его приехал даже премьер-министр. Предлагалось устроить в Париже международный институт для создания вакцин и помощи укушенным бешеными животными. Инкубационный период дикого вируса — до месяца, так что со всей Европы, и даже из Нью-Йорка, пострадавшие успеют вовремя добраться до Парижа. Придумано это было не для того, чтобы прибрать к рукам земной шар. Создатель вакцины от бешенства не патентовал её и не взимал платы за уколы. Он просто никому не мог доверить производство, опасаясь, что другие за чем-нибудь не доглядят и скомпрометируют сам метод вакцинопрофилактики. В тот же день 1 марта Пастер получил телеграмму из России: «Двадцать человек укушены бешеным волком. Можно ли прислать их к вам?» Сразу же последовал ответ: «Присылайте укушенных немедленно в Париж».

Укус бешеного волка вдвое опасней собачьего. Другие пациенты Пастера приезжали из стран, где волки давно перевелись. И вот представилась возможность узнать, чем волчий вирус отличается от вируса бешеной собаки.

Происшествие случилось в городе Белый, тогда Смоленской губернии, а ныне Тверской области. Из 19 пострадавших только священник Василий Ершов нашёл средства для поездки в Париж. Остальные — дворяне, крестьяне, мещане — ждали материальной помощи земства, на сбор которой требовалось разрешение министра внутренних дел. Не ускорило дела даже вмешательство царя Александра III, который выделил пострадавшим 700 рублей (притом, что нужно было 10 тысяч) — все, кроме попа, выехали с опозданием на 8 дней.

Вакцинация началась на 15-е сутки после заражения, троих спасти не удалось. Но гибель их оказалась не напрасной. Пастер установил, что вирус у волков и собак одинаковый. У волка зубы длиннее, нанесённые им раны глубже, вот почему инкубационный период сокращается. А это значило, что не всегда есть время добраться до Парижа. Следовательно, пастеровский институт должен быть не единственным, а головным. И на такое учреждение Пастер к 1888 году собрал по всему два с половиной миллиона.

Дались эти деньги дорого: не все пациенты целовали Пастеру руку, как русские из города Белый. Были и обращения в полицию после смерти детей, получивших прививку — расследования показали смерть от других причин. В печати скандалили антивакцинаторы, выделившееся из среды антививисекторов. В Медицинской академии антипрививочники неизменно оказывались в меньшинстве при голосовании, но всегда получали слово на заседаниях, чтобы высказать Пастеру в лицо всяческие сомнения. Им помогали даже академики, голосовавшие за Пастера, которые при этом говорили своим студентам, будто он убийца, так как от прививки умерла некая девочка, и т.д.

Не искали у Пастера спасения немцы. Их обидело, что Мейстер из отвоёванного у Франции «нашего Эльзаса» ездил за медицинской помощью в Париж, способствуя прославлению французов. Едва русские вернулись в Белый, немецкая пресса тут же сообщила, что все в России умерли. Пастер телеграфировал попу Василию, тот отбил молнию: «Я жив. Операция прошла успешно [ему сделали пластику повреждённого волком лица]. Фотографию высылаю. Ершов». Царь Александр III назло немцам тут же выдал Пастеру 97839 франков (40 тысяч рублей) и орден Святой Анны I степени с бриллиантами.

Но Пастера от волнения разбил паралич; до церемонии открытия института 14 ноября 1888 года он пережил два инсульта, некоторое время не мог говорить. К началу инаугурации почти оправился, но приветственную речь от его имени зачитывал другой. Пастер не хотел, чтобы сравнивали те, кто помнил его прежним.

Спустя 17 лет после смерти Пастера, в 1912 году, повзрослевший Жозеф Мейстер переехал из Эльзаса в Париж. Его булочная в Майсенготте разорилась, и он поступил в пастеровский институт вахтером.

С началом мировой войны в 1914 году он уклонился от призыва в германскую армию, чтобы не воевать с французами, и продолжил служить в институте. Немцы добрались до него позднее, в июне 1940 года. Незадолго до того, как гитлеровские войска заняли столицу Франции, Мейстер отправил жену с дочерями в эвакуацию, а сам остался в институте, не желая бросать на произвол судьбы виварий.

22 июня Франция капитулировала. Беженцы-парижане стали возвращаться, слали домой телеграммы. Но Мейстер не получил от близких никаких известий и решил, что его семья погибла под бомбами. Утром 24 июня он затворился на кухне, задраил окно и открыл газовый кран.

Вечером того же дня жена и дочери благополучно вернулись в Париж.

Вверху слева: Пастер и его сотрудники отбирают слюну бешеной собаки. Рисунок с натуры угольным карандашом (фюзеном), 1882 год. Художник – знаменитый впоследствии Альфонс Муха (1860-1939).

Вверху справа: октябрь 1885-го, в кабинете Пастера вакцинируют от бешенства пастуха Жан-Батиста Жюпиля (1869-1923). Рисунок на обложке журнала «Ля Репюблик Иллюстре» от 3.IV.1886.

Внизу слева: пациенты из Англии, Франции и России (в том числе смоленские крестьяне и мещане города Белый), в кабинете Пастера, весна 1886 года. Справа сидит и выполняет инъекции Жозеф Гранше, слева стоит со списком пациентов Луи Пастер. Художник Эмиль Байяр (1837-1891).

Внизу справа: поп Василий Ершов, 70 лет, после вакцинации от бешенства и операции по восстановлению вырванной волком верхней губы. Сделанное в ноябре 1886 года фото хранится в архиве Института Пастера.

Луи Пастер (1822-1891) и спасённый им сын булочника Жозеф Мейстер (1876-1940)

Вверху: Луи Пастер с детьми, спасёнными вакцинацией от бешенства. Май 1886 года. На фото русские дети из Петербургской губернии; за спиной Пастера стоит сопровождавший их в поездке земский доктор Леонид Иванович Войнов (1853-1905).

Внизу слева: Жозеф Мейстер, первый пациент Пастера и первый в мире человек, спасённый вакцинацией от бешенства, в детстве.

Внизу справа: Жозеф Мейстер, вахтёр в Институте Пастера. Снимок с дочерями сделан примерно в 1935 году. Замечательно, что несмотря на трагическое происшествие в детстве, он держал дома собак.

Вверху: императоры, которые присутствовали на церемонии открытия Института Пастера 14 ноября 1888 года.

Слева: Педру II (1825-1891), правитель Бразилии в 1831-1889 гг. Вёл с Пастером переговоры об испытании вакцины от бешенства на приговорённых к смерти преступниках; пожертвовал на создание института одну тысячу франков.

Справа: русский царь в 1881-1894 гг. Александр III (1845-1894). Фото: Сергей Левицкий, 1886. Русский царь был в курсе деятельности Пастера с осени 1885 года, когда в Париж был командирован покусанный бешеной собакой гвардейский офицер. Через этого первого русского пациента Пастер просил царя прислать покусанных волками. Царь принял участие в судьбе пострадавших белян, когда ему доложил об этом происшествии обер-прокурор Синода Победоносцев. Летом 1886 года Александр III внёс в фонд будущего Института Пастера 40 тысяч рублей, что по тогдашнему курсу составляло более 97 тысяч франков.

Внизу: французские предприниматели-меценаты, на чьи средства создавался и развивался Институт Пастера.

Слева — барон Альфонс де Ротшильд (1827-1905), член попечительного комитета Института Пастера с первого дня его существования 12.III.1886, крупнейший финансист Европы.

В центре — Маргерит Бусико (1816-1887), богатейшая женщина в мире, владелица первого и крупнейшего в Европе универсального магазина «Бон Марше», завещала часть своего состояния комитету Института.

Справа — приятель Пастера банкир Даниэль Иффла по прозвищу Озирис (1825-1907). Возмущённый аморальным поведением одной из племянниц, которая открыто сожительствовала вне брака с композитором Клодом Дебюсси (1862-1918), завещал Институту Пастера всё своё состояние. На эти средства были выполнены многие исследования Мечникова и Безредки, а также строился Институт Радия.

источник

Что приходит в голову как первая ассоциация со словом «бешенство»? Скорее всего, это будет «40 уколов в живот»

Бешенство — одна из немногих болезней, с которой организм не способен справиться самостоятельно ни при каких условиях, она смертельна на 100%, и единственный способ избежать летального исхода — срочная вакцинация .

Сейчас достаточно всего 6 внутримышечных уколов — но когда-то болезнь была абсолютно неизлечима и укус бешеного животного был смертным приговором.

Изменило ситуацию открытие французского ученого Луи Пастера.

Луи Пастер (Louis Pasteur) родился 27 декабря 1822 года. Он был очень талантливым человеком — художником, иммунологом (хоть тогда и не использовали таких слов), микробиологом, физиком и химиком.

Пастер совершил множество великих открытий — например, именно благодаря ему наши бабушки могут снабжать нас компотиками из свежих ягод, пастеризуя банки, чтобы продукты не испортились.

Изучая процесс брожения, он доказал, что жизнь не может самозарождаться, разобрался в процессе брожения и во многом другом.

Трое из пятерых его детей скончались от брюшного тифа, поэтому ученый особенно интересовался инфекционными заболеваниями — в том числе и бешенством.

Бешенство, или водобоязнь, — крайне опасное заболевание, возбудителем которого является вирус Rabies. Этот вирус передается через слюну носителя, после чего, попав в организм человека или животного, вызывает у него воспаление головного мозга.

На первой стадии — после укуса, скажем, собаки — у пациента наблюдается небольшое повышение температуры и беспокойство.
Вторая стадия характеризуется повышенной реакцией на раздражители — свет, звуки. Больные боятся воды, у них начинает выделяться в больших количествах слюна (отсюда пена на морде бешеного животного).
Третья стадия терминальная — паралич и смерть.

Особенно опасны укусы в голову, руки и гениталии, где очень много нервных окончаний. Из-за крайней опасности заболевания к врачу рекомендуют обращаться даже если нападавшее животное не выглядело больным и укуса как такового не было.

Рассказывают, что в 1880 году Луи Пастер стал свидетелем того, как умирала от водобоязни пятилетняя девочка. Это весьма впечатлило ученого, и вместе со своими коллегами он начал изучать возможные пути защиты от болезни.

Было уже известно, что возбудитель передается со слюной (это в 1804 году экспериментальным путем выявил Георг Цинке (Georg Zinke), вводивший различным животным и птицам инъекции слюны бешеных особей), и страдает прежде всего нервная система. Кроме того, развитие болезни занимало несколько дней, в течение которых, вероятно, можно было как-то на нее повлиять.

До этого Пастер уже успешно работал над прививками и здесь пошел тем же путем: попытался создать вакцину из сушеных мозгов бешеных животных. Почему мозгов — всё потому же, ведь болезнь поражала именно нервную ткань. Опыты проводились на кроликах — сперва ученые создавали максимально концентрированный токсин, а затем ослабляли его.

После кроликов эксперимент был продолжен на собаке — ей ввели вытяжку из обработанного особым образом сушеного спинного мозга бешеного кролика. Опыт был удачным — у собаки сформировался иммунитет к заболеванию. Первая в мире вакцина от бешенства была готова.

Читайте также:  Может ли передаться бешенство через царапину кошки

История, которая произошла после этого, известна едва ли не всей планете. 6 июля 1885 года к Луи Пастеру приехала жительница Эльзаса с сыном, девятилетним Йозефом Мейстером (Joseph Meister), которого за два дня до этого укусила бешеная собака. Ученого убедили дать ребенку вытяжку из мозга кролика, умершего от бешенства 21 июня (все это время препарат хранился в сухом месте).

После первого укола ребенка прививали еще 13 раз, каждый раз вводя ему все более сильные дозы вакцины.

Через три месяца и три дня специалисты дали заключение: мальчик выздоровел. Об этом случае узнал весь мир — и к Пастеру потянулись больные.

Успехи ученого позволили ему открыть свой собственный институт. С 1888 года Институт Пастера (Institut Pasteur) ведет исследования в таких сферах, как микроорганизмы, вакцины, инфекционные заболевания и биология в целом. Кстати, именно здесь впервые нашли вирус иммунодефицита человека.

Скончался ученый в 1895 году от почечной недостаточности. В тот день человечество утратило одного из своих величайших умов. Многие открытия, совершенные Пастером, актуальны и по сей день.

источник

Первые сообщения об этой болезни имеются в кодексе законов Вавилона, произведениях древних греков, в частности Аристотеля. Даже название Rabies, Lyssa отражают главный клинический признак болезни и переводится как «неистовство», безумная ярость. Врачи древности сумели определить передачу болезни через слюну «взбесившихся» собак.

В I веке до н.э. Корнелий Цельс дал болезни название, сохранившееся до наших дней, — гидрофобия, и предложил в целях лечения проводить каутеризацию (прижигание места укуса раскалённым железом).

В 1804 г. немецкий врач Г. Цинке доказал, что бешенство можно переносить от одного животного к другому путём введения в кровь или под кожу слюны бешенного животного.

Кругельштейн в 1879 г. выявил локализацию вируса бешенства в нервной ткани. Он писал: «Если ядом слюны инфицировать нервной окончание, то оно, насытившись, передаст затем яд вдоль симпатических нервов спинному мозгу, а от него он достигнет головного мозга» [2].

В 1887 году Бабеш обнаружил в протоплазме нейронов головного мозга бешеных животных особые включения. А Негри в 1903 году придал им диагностическое значение, и с 1950 года их стали называть тельцами Бабеша – Негри; они являются конгломератами скоплений вирусной и внутриклеточной материи [1].

Разработка вакцины против бешенства стала триумфом науки и сделала Луи Пастера (Pasteur L., 1822-1895) всемирно известным человеком. Ещё при жизни ему поставили памятник в Париже. Существует легенда, что в детстве будущий ученый увидел человека, укушенного бешеным волком. Маленького мальчика очень потрясла страшная картина прижигания места укуса раскаленным железом [2].

Несколько лет у Пастера ушло на безрезультатные усилия выделить возбудитель. Потерпели неудачу и попытки размножения возбудителя бешенства в условиях in vitro. Перейдя к экспериментам in vivo, Пастеру и его сотрудниками (Э. Ру, Ш. Шамберлан, Л. Пердри) удалось к 1884 году получить «фиксированный вирулентный фактор бешенства». Следующим этапом создания вакцины стал поиск приёмов, ослабляющих возбудитель бешенства. И к 1885 году вакцина против бешенства была создана и успешно предотвращала развитие заболевания у лабораторных животных.

Но когда Пастер все-таки создал вакцину, он долго не решался проверить эффективность антирабической вакцины на людях. Первые испытания антирабической вакцины на человеке произошли неожиданно: 4 июля 1885 года в лабораторию Пастера был доставлен 9-летний Жозеф Мейстер с множественными укусами бешеной собаки. Мальчик был обречён и поэтому учёный решился применить своё изобретение. Более того, после вакцинации Пастер ввёл пациенту ещё более вирулентный вирус, чем вирус бешенства уличных собак. По мнению учёного, такой приём давал возможность проверить иммунитет, вызванный вакцинацией, либо существенно ускорить смертельную агонию (если бешенство бы не удалось предотвратить). Мальчик не заболел [3].

С этого момента слава Пастера пошла по всему миру. В разных странах начали открываться пастеровские станции, где делали прививки от бешенства, сибирской язвы и куриной холеры. Об успешном начале вакцинации людей Пастер доложил на заседании Французской академии наук и Академии медицинских наук 27 октября 1885 года. Председательствующий на заседании физиолог А. Вюльпиан тут же поставил вопрос о немедленной организации сети станций для лечения бешенства с тем, чтобы каждый человек мог воспользоваться открытием Пастера.

Первоначально Пастер был убеждён в необходимости централизовать антирабическую деятельность в едином международном центре. Поэтому в его институт во Франции стали приезжать больные из разных стран мира, в том числе и из России. Первая половина 1886 года стала самой тяжёлой для Пастера, поскольку смертность пациентов, прибывших в Париж из российских губерний, была удручающей и доходила до 82%, несмотря на интенсивный курс вакцинотерапии. Ближайшие соратники и ученики Пастера (Э. Ру, Ш. Шамберлан, Л. Пердри) прекратили своё участие в прививочной деятельности, считая, что вакцина против бешенства ещё недостаточно изучена [3].

Отсутствие у Пастера врачебного образования делало его при малейших неудачах объектом безжалостной критики. Кроме того, вакцина против бешенства Пастера входила в противоречие с общепринятыми в медицине идеями: врачам было непонятно, как вакцина, введённая уже после заражения, могла оказывать эффект.

Большую поддержку (нравственную и научную) Пастеру оказал в этот период молодой русский врач, командированный в Париж Обществом русских врачей, Николай Фёдорович Гамалея. Он добровольно подверг себя интенсивному курсу прививок против бешенства, тем самым подтвердив безопасность вакцины для человека.

Именно наш соотечественник обратил внимание Пастера на то, что все случаи смерти среди вакцинируемых статистически укладываются в срок после 14-го дня с момента укуса. Позднее Гамалея Н.Ф. писал: «Я предположил, что предохранительные прививки могут уничтожить только яд, не дошедший к нервным центрам, и бессильны против того, который уже находится в последних» [3].

Пастер увидел, что нельзя обойтись одним на вес мир пастеровским институтом, поэтому он согласился на открытие пастеровских станций в других странах и прежде всего способствовал учреждению Одесской (открыта в мае 1886 г.)

Как и любое новое биологическое средство, прививки против бешенства не были лишены некоторых недостатков и Пастеру самому пришлось столкнуться с поствакцинальными осложнениями. Пастер первым указал на ведущую роль самого организма человека (а не вакцины) в поствакцинальном осложнении, а также выделил ряд дополнительных неспецифических раздражителей: употребление алкоголя на фоне вакцинации, переутомление, инфекционные заболевания и др.

В 1903 г. сотрудник института Пастера в Париже П. Ремленже установил, что возбудителем бешенства является не бактерия, а фильтрующийся вирус, обладающий свойством облигатного паразита.

Живая Пастеровская вакцина применялась в течение многих лет. Так, например, в СССР — до 1925 г., во Франции — до 1948 г. Сам Пастер не считал живую вакцину совершенной и в 1887 г. в «Письме о бешенстве», адресованном редактору журнала «Анналы Института Пастера», говорил о перспективности разработки инактивированной вакцины [3].

О бешенстве писали поэты. Так, предположительно за 8 или 10 веков до н. э. легендарный греческий поэт Гомер в своей «Иллиаде» устами Тевкра называет Гектора бешеной собакой. В одной из своих поэм выдающийся поэт Востока Низами отмечает: «Счастлив тот, у кого сомкнуты уста, только у бешеной собаки свисает язык».

По Плутарху, бешенство и лепра появились в Италии за 100 лет до христианского летоисчисления.

В XVIII и XIX столетиях, вероятно, благодаря повышению социально-экономического значения повсеместных эпизоотии бешенства наблюдается особый интерес к изучению этой болезни. За рубежом и в России до 1785 г. было опубликовано более 300 сочинений о бешенстве (Д. Самойлович, Н. Я. Озерецковский). Д. Самойлович высказывал твердое убеждение о заразительности бешенства и опровергал мнение о возможности спонтанного возникновения этого заболевания: «В условиях нашего весьма холодного климата сия болезнь отнюдь сама собой не может никогда возродиться».

До последней четверти XIX века человечество оставалось беспомощным как в предупреждении, так и в лечении этого неизбежно смертельного заболевания. Вместе с тем в литературе были сообщения примерно о 400 будто бы излечивающих средствах (Н. Ф. Гамалея). Вряд ли найдутся какие-либо лекарственные и нелекарственные средства, такие, как «русская баня» или погружение в холодную воду, которые не были бы испытаны для этой цели.

К началу XX века в ряде стран Европы (Англия, скандинавские страны, Швейцария) бешенство не регистрировалось, что было результатом успешных профилактических мероприятий. Однако в период двух мировых войн и после них заболеваемость этой инфекцией вновь повсеместно выросла [4].

Библиографический список

Груздев, К. Н. Бешенство животных [Текст]: практическое руководство / К. Н. Груздев, В. В. Недосеков – М.: Аквариум ЛТД, 2001. – 303с.

источник

1796 год стал переломным в истории вакцинации, и связан он с именем английского врача Э. Дженнера. Во время практики в деревне Дженнер обратил внимание, что фермеры, работающие с коровами, инфицированными коровьей оспой, не болеют натуральной оспой. Дженнер предположил, что перенесенная коровья оспа является защитой от человеческой, и решился на революционный по тем временам эксперимент: он привил коровью оспу мальчику и доказал, что тот стал невосприимчивым к натуральной оспе – все последующие попытки заразить мальчика человеческой оспой были безуспешными. Так появилась на свет вакцинация (от лат. vacca – корова), хотя сам термин стал использоваться позже. Благодаря гениальному открытию доктора Дженнера была начата новая эра в медицине. Однако лишь спустя столетие был предложен научный подход к вакцинации. Его автором стал Луи Пастер.

В 1880 году Пастер нашел способ предохранения от заразных заболеваний введением ослабленных возбудителей. Французский ученый Луи Пастер стал человеком, который совершил прорыв в медицине (и иммунологии, в частности). Он первым доказал, что болезни, которые мы сегодня называем инфекционными, могут возникать только в результате проникновения в организм микробов из внешней среды. В 1880 году Пастер нашел способ предохранения от заразных заболеваний введением ослабленных возбудителей, который оказался применимым ко многим инфекционным болезням. Пастер работал с бактериями, вызывающими куриную холеру. Он концентрировал бактериальные препараты настолько, что их введение даже в ничтожных количествах вызывало гибель кур в течение суток. Однажды, проводя свои эксперименты, Пастер случайно использовал культуру бактерий недельной давности. На этот раз болезнь у кур протекала в легкой форме, и все они вскоре выздоровели. Ученый решил, что его культура бактерий испортилась и приготовил новую. Но и введение новой культуры не привело к гибели птиц, которые выздоровели после введения им «испорченных» бактерий. Было ясно, что инфицирование кур ослабленными бактериями вызвало появление у них защитной реакции, способной предотвратить развитие болезни при попадании в организм высоковирулентных микроорганизмов.

Если вернуться к открытию Дженнера, то можно сказать, что Пастер привил «коровью оспу» для того, чтобы предотвратить заболевание обычной «оспой». Отдавая долг первооткрывателю, Пастер также назвал открытый им способ предупреждения инфекционной болезни вакцинацией, хотя, конечно же, никакого отношения к коровьей оспе его ослабленные бактерии не имели.

«Думать, что открыл важный факт, томиться лихорадочной жаждой сообщить о нём и сдерживать себя днями, неделями, годами, бороться с самим собой и не объявлять о своём открытии, пока не исчерпал всех противоположных гипотез – да, это тяжёлая задача»

В 1881 году Пастер произвел массовый публичный опыт, чтобы доказать правильность своего открытия. Он ввел нескольким десяткам овец и коров микробы сибирской язвы. Половине подопытных животных Пастер предварительно ввел свою вакцину. На второй день все невакцинированные животные погибли от сибирской язвы, а все вакцинированные – не заболели и остались живы. Этот опыт, протекавший на глазах у многочисленных свидетелей, был триумфом ученого.

В 1885 году Луи Пастером была разработана вакцина от бешенства – заболевания, которое в 100% случаев заканчивалось смертью больного и наводило ужас на людей. Дело доходило до демонстраций под окнами лаборатории Пастера с требованием прекратить эксперименты. Ученый долго не решался испробовать вакцину на людях, но помог случай. 6 июля 1885 года в его лабораторию привели 9-летнего мальчика, который был настолько искусан, что никто не верил в его выздоровление. Метод Пастера был последней соломинкой для несчастной матери ребенка. История получила широкую огласку, и вакцинация проходила при собрании публики и прессы. К счастью, мальчик полностью выздоровел, что принесло Пастеру поистине мировую славу, и в его лабораторию потянулись пострадавшие от бешеных животных не только из Франции, но и со всей Европы (и даже из России).

Читайте также:  Может ли передаться бешенство от собаки к человеку

«Думать, что открыл важный факт, томиться лихорадочной жаждой сообщить о нём и сдерживать себя днями, неделями, годами, бороться с самим собой и не объявлять о своём открытии, пока не исчерпал всех противоположных гипотез – да, это тяжёлая задача»

С тех пор появилось более 100 различных вакцин, которые защищают от сорока с лишним инфекций, вызываемых бактериями, вирусами, простейшими.

источник

История появления вакцинации берёт своё начало ещё в конце XVIII века. Тогда были осуществлены первые результативные попытки излечить животных от вирусных заражений. Благодаря разработке и созданию вакцин, сейчас каждый человек может избежать развития тяжёлых заболеваний, от которых много лет назад массово умирали люди.

Решившись на проведение революционного на то время эксперимента, врач ввёл коровью оспу мальчику, доказав при этом, что у того выработался иммунитет к натуральному заболеванию.

Были совершены попытки заразить парня оспой, но все они остались безуспешными.

Так появилась вакцинация. Данный термин стал использоваться немного позднее. Английский доктор Э. Дженнер сделал революционный толчок в медицине, но лишь спустя столетие, был предпринят научный подход к вакцинации.

В 1880 году Луи Пастер нашёл способ защиты от заразных заболеваний путём введения ослабленных возбудителей.

Он стал первым, кто смог доказать, что инфекционные заболевания возникают в результате проникновения в организм микробов из внешней среды.

Луи Пастер работал с вызывающими куриную холеру бактериями. В его препаратах была их большая концентрация, и при введении птицам они гибли в течение первых суток.

Однажды по ошибке, проводя свои эксперименты, Луи Пастер использовал инъекцию с бактериями недельной давности, что спровоцировало заболевание у кур, но течение холеры проходило в лёгкой форме, после чего они не погибли и выздоровели.

Учёный посчитал, что введённая им вакцина была испорчена и изготовил новую, после чего ввёл подопытным. Дальнейшее наблюдение за ними не привело к привычному результату. Подобный эксперимент дал понять, что процесс инфицирования кур ослабленными бактериями поспособствовал выработке у них защитной реакции и предотвратило развитие заболевания.

В наше время широко применяются следующие вакцины против холеры:

  • WC/rBS. Данная вакцина способствует оказанию 90% защиты от холеры независимо от возрастной категории на протяжении 6 месяцев с момента использовать двух дозировок с недельным перерывом.
  • WC/rBS модифицированная. В её содержании не имеется рекомбинантной В-субъединицы. Использовать вакцину необходимо в 2 дозировки с 7-дневным перерывом.
  • CVD 103-HgR. Однократное введение дозы обеспечивает сильную защиту от холеры. Спустя 3 месяца она составила 65%.

Вакцина от бешенства была изобретена в 1885 году французским химиком и биологом Луи Пастером. Эта болезнь на то время в 100% случаев заканчивалась смертью. После изобретения вакцины учёный длительное время не решался проверить её действие на себе, и когда собрался это сделать к нему привели девятилетнего мальчика полностью искусанного собакой. У него не оставалось шансов выжить. В выздоровление ребёнка никто не верил, но после вакцинации на глазах у множества людей и прессы больной выздоровел, что и принесло учёному мировую славу.

Проведение первой вакцинации против полиомиелита случилось 23 февраля 1954 года. До её появления приблизительно 40% больных калечил паралич, а 10% умирали от дыхательной недостаточности. Для спасения жизни людей использовали камеры, где совершалась перемена давления воздуха. В таких условиях больные доживали остаток дней.

Первая вакцина от полиомиелита была создана американским вирусологом Джонасом Солком, но он изначально не был заинтересован полиомиелитом. После обучения на врача ученый понял, что хочет стать микробиологом. Во время войны Джонас Солк принимал участие в разработке вакцины против гриппа и смог открыть новый штамм.

В проведении полномасштабного исследования ему помог Национальный фонд борьбы с детским параличом. На финансовую поддержку с их стороны, специалисты смогли разводить вирусы в клетках почек обезьян и производить их очистку с использованием антибиотиков.

В 1952 году Джонас Солк проверил вакцину на себе и своих близких, снимая весь процесс на плёнку. Позже отснятый материал будут использовать в качестве успокоительного средства для детей, которые будут проходить вакцинацию от полиомиелита. Процедура прошла успешно и не вызвала проявления аллергических реакций.

23 февраля 1954 года Джонасом Солком и несколькими врачами была проведена вакцинация неизвестным средством 5 тысяч школьников в Питтсбурге. Собранные анализы показали наличие антител, и уже 26 апреля чиновники здравоохранения разрешили проводить вакцинацию более миллиону детей.

БЦЖ представляет собой вакцину против туберкулёза. Её создателем является два французских учёных: Герен и Кальметт.

Открытие состоялось в 1923 году, но распространение данного средства произошло только по истечении нескольких лет.

В составе вакцины имеется штамм коровьей туберкулёзной бациллы, выращенной в искусственной среде.

Она вызывает болезнь слабой степени для того, чтобы у человека выработался к ней иммунитет.

В конце XIX века появились первые специализированные лаборатории иммунологии, а уже в XX веке возникло первое иммунологическое общество и отделы научно-исследовательских институтов.

Иммунология развивалась достаточно быстро и получила общественное признание не без помощи множества проведённых опытов учёных и внешних вкладов в развитие данного направления.

История первых массовых вакцинаций:

  • 1957 год — было принято решение о проведении вакцинации против коклюша в первый год жизни ребёнка, а массовые прививки проводились детям до пяти лет.
  • 1960-1961 года — массовая вакцинация взрослых и детей от полиомиелита.
  • 1967 год — введена обязательная вакцина против столбняка для детей.
  • 1968 год — была произведена массовая кампания по вакцинации против кори.
  • 1973 год — плановая вакцинация против кори в первый год жизни ребёнка.
  • 1980 год — оспа перестала существовать, в связи с чем была произведена полная отмена защищающей от неё вакцины.
  • 1998 год — было принято решение о введении двукратной прививки от краснухи, а также повторно провести вакцинацию от кори и гепатита В.
  • Начиная с 2001 года была произведена повторная вакцинация взрослых и детей от кори, гепатита В и краснухи.
  • 2011 год — проведена вакцинация детей, состоящих в группе риска гемофильной инфекции.
  • 2014 год — вакцинация от пневмококковой инфекции.

За последние годы иммунологи открыли новые и более эффективные способы разработки вакцин. Среди них:

  • Генетическая иммунизация (или ДНК-вакцинация). Подразумевает внедрение в организм не белка-антигена, а нуклеиновой кислоты, в которой информация о белке закодирована. Необходимый ген вставляют в безопасный вирус или кольцо ДНК, после чего носитель проникает в клетку, где синтезирует белки. Далее клетка самостоятельно производит вакцины непосредственно внутри организма. Действие сохраняется на срок до двух лет, обеспечивая полноценный иммунитет с высокой защитой от вирусных инфекций.
  • Обратная вакцинология. Этот метод является абсолютной противоположностью ранее применяемого, когда при создании вакцин шли от целого микроорганизма к его компонентам. Обратная вакцинология предполагает путь от генома к его продуктам. Для определения нуклеотидной последовательности генома требуется не более нескольких недель. Благодаря рекомбинантным технологиям ослабленный вирус сейчас можно получить за более короткий срок. Для это вырезают ген из генома вируса, отвечающий за болезнетворные свойства, однако, не оказывает влияния на иммуногенность или размножение. Полученный в итоге вирусный штамм применяют для изготовления вакцины.

Создание вакцин является важным этапом в развитии медицины. На их разработку ушло немало времени, и не так давно они начали массово применяться и стали обязательными.

За счёт вакцинации в детском возрасте значительно сократилось число болеющих теми или иными опасными инфекционными заболеваниями, что дополнительно подтверждает её важность.

источник

В конце 1880 года Луи Пастер посетил госпиталь, где увидел мучения ребенка, погибающего от бешенства. Это произвело тяжелое впечатление на ученого. Как победить эту страшную болезнь?

Ребенок погиб. Пастер взял его слюну, развел ее и вспрыснул кроликам под кожу; кролики погибли. Это послужило началом длительных опытов для получения прививочного материала.

Пастер знал, что с момента заражения бешенством до начала заболевания проходит довольно много времени — от двух недель до многих месяцев. У ученого возникла мысль, что человеку, искусанному бешеной собакой, надо ввести ослабленный яд возбудителя бешенства, сохранивший свои биологические свойства. Тогда организм человека может постепенно приспособиться к борьбе с ядом, и заболевание не наступит.

Для этого нужно решить две задачи: во-первых, обезвредить яд, а во-вторых, этот обезвреженный яд должен перестроить организм не долее чем за 10 дней. Ведь иначе может начать действовать яд, проникший в организм при укусе больным животным.

А как решить эти задачи, когда сразу возникла и третья, казалось бы, совершенно невыполнимая? Ведь никто еще не видел возбудителя бешенства под микроскопом. Это оказалось труднее, чем готовить вакцину против сибирской язвы. Как готовить прививку из невидимки и против невидимки?

Изучая течение болезни, Пастер и его ученики Э. Ру и Ш. Шамберлан пришли к выводу, что микробный яд сосредоточивается в мозговой ткани. Кусочек мозга животного, больного бешенством, размельчили, смешали со специальным раствором и ввели кролику под кожу. Кролик заболел бешенством.

Препарат, изготовленный из мозга этого заболевшего кролика, ввели следующему. Эта процедура повторилась 132 раза. У 133-го кролика период от введения яда до начала заболевания сократился до шести дней, и дальше степень ядовитости мозга оставалась постоянной. Пастер назвал препарат из зараженного мозга — «вирус фикс» («фикс» — фиксированный, постоянный, «вирус» — яд).

Это название оказалось не совсем верным. После изобретения электронного микроскопа, увеличивающего в десятки и сотни тысяч раз, ученые смогли увидеть тех возбудителей болезней, которые не были видимы в обычные микроскопы. Значит, болезнетворной способностью (вирулентностью) обладал не яд, а мельчайшим микроорганизм. И это название, неся новое содержание, осталось.

Но продолжим про вирус бешенства. Оказалось, что если вирус фикс в течение нескольких дней подвергать специальной обработке, то он теряет свою ядовитость.

Был получен материал для прививок, который проверили на 100 собаках. Половине из них сделали прививки, а половину оставили для контроля. И пот в один день всем 100 собакам ввели заведомо смертельную дозу вируса бешенства. Результаты массового эксперимента превзошли все ожидания — ни одна из вакцинированных собак не заболела, а остальные 50 погибли.

Но все это были опыты на животных, а не на людях. Впрочем, вот как об этом сказал сам Луи Пастер: «Как бы я ни был уверен в успехе, делая прививки собакам, я чувствую, однако, что в тот момент, когда мне придется сделать прививку человеку, у меня задрожит рука».

Но случай заставил ученого приступить к прививкам гораздо раньше, чем он предполагал.

4 июля 1885 года девятилетний мальчик Иосиф Мейстер был жестоко искусан бешеной собакой. Мать повела Иосифа к доктору, но тот сказал, что мальчик должен погибнуть и его может спасти лишь Луи Пастер, живущий в Париже, на улице Ульм. 6 июля мать привезла мальчика к Пастеру.

Ученый пригласил своих друзей врачей, те единодушно заявили, что мальчику суждено погибнуть. Тогда Пастер решил ввести вакцину. С каждой прививкой он волновался все больше и больше. И вот — полный успех! Мальчик не заболел, он играл во дворе лаборатории, а 27 июля отправился домой с подарками от «дяди Луи».

А потом были еще успешные случаи прививок, но апофеозом успеха стал март 1886 года. Тогда к Пастеру в Париж прибыло 19 русских крестьян из Смоленска, искусанных бешеным волком. Раньше всех их ждала неминуемая смерть. И если учесть, что с момента нападения волка на этих людей прошло уже 12 дней, то станет понятным волнение ученых. Прививки начались на 13-й день. Из 19 человек 16 были спасены.

Благодаря работам Пастера микробиология стала наукой, а медицина укрепила научную основу своего развития. Он открыл тайну инфекционных болезней и предложил метод для борьбы с ними. Его труды имели большую-теоретическую и огромную практическую ценность.

источник